— Так бы и сложилось, будь Алекс жив, — солгал Мэтью, который знал, что младший Алекс всегда подражал ему, Мэтью, именно его считал своим идеалом и восхищался им, даже когда крутой отец сурово наказывал старшего за очередную мальчишескую провинность.

— Я признательна тебе за то, что ты бережешь мои материнские чувства. Но не нужно лгать. Я знаю, чего хотел мой единственный сын. Меньше, всего на свете он желал стать преемником Андреоса. Но я также знаю, что он бы очень старался, вопреки всем свои мечтам, радовать отца.

— Простите, — пробормотал Мэтью.

— Пообещай мне, что станешь опорой Андреосу.

— Я очень тебя прошу, — взмолилась под конец разговора Мия.

Женщина знала, что если Мэтью будет упорствовать, то супруг способен лишить единственного оставшегося сына наследства. Мия всегда чувствовала, что добром их противостояние не кончится. — Но вопреки робкой ее надежде Мэтью тогда отмолчался.

— Очень жаль, что нам в очередной раз не удалось прийти к согласию, отец. Но меня ждут в Шотландии, — без тени сожаления произнес Мэтью некоторое время спустя.

Мрачное лицо старика сделалось землистым, плотно сжатые губы побелели от ярости.

Мэтью с тайным наслаждением наблюдал за тем, какой эффект произвели его слова на отца, который отчаялся полемизировать с сыном, которого иногда считал чуть ли не исчадием ада.

— Должен тебя предупредить, что этим своим поступком ты сжигаешь мосты, — сухо проговорил Андреос.

— Хочешь сказать, что лишишь меня наследства? — насмешливо спросил Мэтью.